О газете «Голос Общины»
Об общине РЕК
Вступление в общину
Спонсоры общины
Связаться с нами

Сайт общины
Галерея
Апокалипсис от Андрея Смирнова (16.09.2011)
Апокалипсис от Андрея СмирноваМихаил БЛЕХМАН
Апокалипсис от Андрея Смирнова
Апокалипсис от Андрея СмирноваНа Международном монреальском кинофестивале новый фильм известного российского режиссёра Андрея Смирнова "Жила-была одна баба" - в конкурсной программе. Я посмотрел этот фильм, встретился с режиссёром. Вот мои впечатления.
Несмотря на несогласие с главной идеей фильма, я считаю его выдающимся явлением в современном русском искусстве. Фильм снят настолько сильно, настолько великолепны режиссёрская, операторская, актёрская работы, что в этом смысле говорить о картине можно только в превосходной степени. А заключительная сцена фильма - всемирный (или, скорее, всероссийский) потоп - это, на мой взгляд, шедевр киноискусства на уровне тёзки Андрея Смирнова - Тарковского.
Продолжение:
Апокалипсис от Андрея СмирноваДействие " Жила-была одна баба" проходит в одном из сёл Тамбовской губернии с 1909 по 1921 годы. Фильм этот - о русском народе, а шире - о России. В основу картины Андрей Смирнов положил старинную, XII века, легенду о граде Китеже. "Есть 2 варианта этой легенды, - рассказал мне режиссёр. - Согласно первому, Бог укрыл русский народ от татаро-монгольских завоевателей на дне озера, во граде Китеже. По другому, Бог наслал на Русскую землю потоп в наказание за грехи русских людей, смыл их с лица земли". В прологе фильма мы как бы сквозь прозрачную водную толщу видим старинную церковь, святые иконы, там растут водоросли, мимо проплывают рыбы. А в заключении, как бы возвращающем зрителя к прологу, страшные волны потопа смывают тамбовское - русское - село, оставляя "самый окаянный" (слова одного из персонажей фильма) народ где-то на дне озера.
В фильме Андрея Смирнова жизнь российской глубинки беспросветна и ужасна. Героиню фильма Варвару выдают замуж не по любви, а потому, что муж - из зажиточных, а ей - самое время замуж, в девках бы не засидеться. И что же получает с первого дня замужества несчастная, забитая Варька взамен за покорность? Тяжёлый труд, злобу новых родичей, постоянное насилие - со стороны мужа, встречных мужиков, тестя. Тесть избивает её до полусмерти за то, что недоглядела за конём, позднее - пытается её изнасиловать. Она хочет повеситься от этой ужасной, с позволения сказать, жизни, но муж вынимает её из петли - и кошмары продолжаются. И так - всю жизнь: насилие, грязь, нравственная и физическая, ложь и постоянное лицемерие, в том числе местного священника. И всеобщее беспробудное пьянство, когда отхлёбывают чуть ли не по пол-литра за раз из огромных бутылок с самогоном, который называют "вином".
Варька убивает тестя, пытающегося изнасиловать её, и за это её саму чуть было не убивает брат мужа, но муж Ванька бьёт брата в морду и хватается за топор с криком "Это - моя баба!". Именно этим существом - "бабой" - она и останется почти до конца фильма. Именно бабой - не женщиной - родит дочку Палашку, "нагуляет" сына Кузьму, именно "бабой" пойдёт просить милостыню в годы революции, именно "бабой" будет менять одного "мужика" за другим...
В фильме - натурализм для зрителей с крепкими нервами: рубят голову курице, разделывают кабана... И насилие, насилие, насилие... "Нет народа окаяннее нас!" - восклицает один из персонажей фильма.
"Андрей Сергеевич, - спросил я режиссёра, - получается так, что женщина, поющая под гитару о непромокаемом 9-м десантном батальоне, - это Палашка, дочка "окаянной", забытой Богом Варьки? Но откуда же у Варьки такая дочка? Откуда эта светлая женщина, совершенно не "баба", вместе с однополчанами - среди них, наверно, "окаянный" Кузьма? - спасшая Россию от коричневого потопа?" Режиссёр улыбнулся, ответил: "Ну что ж поделать, это всё - один народ..." "Интересно, - подумал я, - сколько мировых войн развязал этот "самый окаянный" народ? Сколько атомных бомб сбросил? И у какого менее "окаянного" народа история была менее кровавой?" Подумал, но не сказал, ведь моё мнение - это всего лишь моё мнение. Лучше я выскажу его в своих рассказах и романах. "Такой была жизнь, - продолжал Андрей Смирнов. - Об этом писали и Бунин, и Чехов - "В овраге"... Это всё - правда..." Я кивнул, но не согласился. "Правда, - сказал я словами героя одного из своих рассказов, - это сказка, рассказанная самому себе. Чехов? Ну что ж, согласен: фильм Андрея Смирнова - о крестьянах, отвинчивающих гайки от рельсов. А как же те, кто эти рельсы сделал? Как же те, кто сделал гайки? Если о них умолчать, то получится, как только что написали в одной франкоязычной монреальской газете по поводу "Жила-была одна баба", что, мол, одни варвары победили других".
Многие сцены, диалоги фильма - великолепны. "Ты чего это жидов защищаешь? - спрашивает Варька у своего нового "мужика". - Они ж нашего Христа распяли". Тот отвечает, что Иисус и Дева Мария, и апостолы были евреями - пользуясь распространённой тогда терминологией - жидами". "Как? - удивляется Варька. - А я думала, они - русские..."
Забитая, страшненькая в своих тряпках "баба"... И вдруг - тут я увидел в фильме великолепную метафору - она на минуту превращается в женщину, в красавицу. После очередного надругательства над собой Варвара приходит домой, сбрасывает с себя свою, с позволения сказать, одежду... и превращается в немыслимую красавицу. Для меня это - символ России: вот она откроет себя миру, расправит плечи - и все увидят, как она прекрасна... Но будет ли это? Откуда ни возьмись в дом вбегает зверь-муж и в очередной раз набрасывается на "свою бабу"...
Уже будучи матерью двоих детей, Варвара влюбляется в мужчину - не мужика, влюбляется впервые в жизни. Может, потому, что она для него - не баба, а женщина? И снова в ней - проблески красоты, и ум чувствуется. Вояка-большевик строго говорит ей: "Я - уполномоченный!". "На кого упал? - усмехается Варвара. - На кого, ты говоришь, упал намоченный?". Андрей Смирнов объяснил, что именно так, с издёвкой, "интерпретировали" новое словечко тамбовские крестьяне, о чём ему рассказал историк Тамбовского края.
Но по-прежнему в её жизни - насилие, мерзость, хамство. Пришли красные - рушат собор, расстреливают посмевших не повиноваться крестьян, свирепо подавляют известное из учебников истории Тамбовское крестьянское восстание. Эти красные в фильме Андрея Смирнова - такие же звери, как их "классовые враги". А враги эти - и есть народ, подличающий, доносящий на ближнего, завистливый и жалкий в своей омерзительности. Изобьют человека - и идут "в церкву", но не молиться, не замаливать грехи, а потому, что так якобы полагается. Андрей Смирнов сослался на выдающегося российского философа Константина Леонтьева, сказавшего, что христианство в России никогда не было проповедано. Я бы возразил: проповедано было, вспомним хотя бы протопопа Аввакума, - но вот было ли услышано?..
Возлюбленного Варвары расстреливают, её высылают на север России, и нет просвета в этой "окаянной" русской жизни...
И вдруг начинается дождь. Гроб расстрелянного возлюбленного всплывает. Ливень переходит в ураган, краски исчезают, фильм на время становится из цветного чёрно-белым, ураган становится потопом, страшные волны захватывают всё "окаянное" село и - погребают его...
Затем стихия утихомиривается, краски возвращаются. Перед нами - большое, редкой красоты озеро, лес и один-одинёшенек - деревенский блаженный...
- Андрей Сергеевич, - спросил я у прославленного режиссёра. - А как сейчас? В правильном ли направлении движется Россия?
Он ответил, почти не задумываясь:
- Да она всю жизнь движется в неправильном направлении.
Улыбнулся, потом посерьёзнел, добавил:
- Знаете, почему я 30 лет не снимал фильмов? Из-за цензуры. Все мои фильмы пострадали, ни один не вышел на экраны без купюр.
- И "Белорусский вокзал"?
- Конечно. Это старая рана, не хочу её бередить... А сейчас, хотя и авторитарный режим, - цензуры нет, снимай как можешь и что хочешь.
- И вы сняли бы такой фильм 30 лет назад, если было бы можно?
- Безусловно! - не колеблясь, ответил режиссёр.
- Андрей Сергеевич, - спросил я напоследок, - как по-вашему, у России есть будущее?
Смирнов снова улыбнулся:
- Предсказатель из меня никудышный... Но считаю, что есть. Мы снимали этот фильм в Тамбовской области, народ был невероятно воодушевлён, люди снимались в массовых сценах, теперь ждут фильм с нетерпением. А сколько талантливых артистов в местных театрах! В любом - даже самом вроде бы маленьком.
Подумал секунду и добавил:
- Есть, конечно.
Я тоже подумал, но в очередной раз промолчал:
"А вы говорите - нет народа окаяннее".

Фото — © «РИА Новости»